
Выгорание сотрудников бывает трудно заметить, пока команда продолжает выполнять план. Руководитель видит, что ошибок стало больше, инициативы меньше, а привычные задачи вызывают раздражение. У таких изменений могут быть разные причины — их важно прояснить в разговоре с сотрудником. Разберем, какие сигналы требуют внимания, как начать этот разговор и что пересмотреть в нагрузке, сроках и рабочих договоренностях.
Осенью 2011 года глава Lloyds Banking Group Антониу Орта-Озориу каждое утро просыпался разбитым. «Ты просыпаешься очень, очень уставшим — и тебе надо идти на работу», — вспоминал он позже.
Он возглавил банк всего полгода назад, воспринимал его трудности очень лично и привык справляться в одиночку. Рассказывать кому-то о своем состоянии ему не хотелось.
Бессонница усиливалась. Он попробовал отдохнуть с семьей, но мешало чувство вины, что он не на работе. В ноябре Орта-Озориу ушел на больничный и провел девять дней в клинике.
«Раньше я думал: чем меньше сна и больше работы, тем лучше. Я думал, что я Супермен. Мне казалось, я могу все. Это меня почти сломало», — признался он в интервью газете The Sunday Times. Вернувшись, он завел простые правила: каждый вечер дома с семьей, в постели к 22:30, с 19:00 до 7:00 никаких писем и звонков. По его словам, этот опыт сделал его терпеливее и внимательнее к людям. А банк запустил программу благополучия для 200 топ-менеджеров.
Такой режим знаком и тем, кто не руководит банком: вечером вы мысленно дописываете отчет, в выходные чувствуете вину за отдых, а отпуск откладываете «до конца проекта».
Всемирная организация здравоохранения в Международной классификации болезней (МКБ-11) описывает профессиональное выгорание как синдром, который возникает из-за хронического стресса на работе, если с ним не удалось справиться. ВОЗ относит выгорание к профессиональным феноменам и не считает самостоятельным заболеванием. У выгорания три стороны, и каждую легко узнать в обычной жизни.
Главное отличие от обычной усталости — отдых перестает помогать. После аврала хватает пары спокойных дней. При выгорании человек возвращается из отпуска, и через три дня ощущение такое, будто он никуда не уезжал. Отдельный признак ничего не доказывает. Задача руководителя — заметить изменения и обсудить их, оценка здоровья остается за специалистами.
У выгорания нет таинственной причины и нет волшебной таблетки. Это логичный итог перегрузки, после которой не наступает восстановление. Режим «не сплю, не ем, но справляюсь» организм терпит долго, однако рано или поздно перестает его вытягивать.
В книге «Жизнь на полную мощность!» спортивный психолог Джим Лоэр и Тони Шварц сравнивают руководителя со спортсменом. Спортсмен в основном тренируется, выступает недолго, и у него есть межсезонье. Офисный сотрудник «выступает» с утра до вечера, и межсезонья у него нет.
Лоэр заметил, что лучших теннисистов отличали короткие ритуалы между розыгрышами: выпрямиться, глубоко подышать, обдумать следующий розыгрыш. Такие паузы помогали им сбросить напряжение перед следующей подачей.
Офисная версия такого ритуала занимает пару минут между встречами: встать из-за стола, расправить плечи, сделать несколько медленных вдохов, посмотреть в окно и только потом решить, с чего начать следующую задачу.
Чаще всего выгорание вырастает из того, как устроена работа. Аналитики Gallup опросили почти 7 500 сотрудников и выяснили, что главные причины связаны с управлением: несправедливость, непосильная нагрузка, размытые ожидания, нехватка поддержки руководителя и нереалистичные сроки. На практике это выглядит так.
Поддержку, признание и вовлечение сотрудников можно развивать через управленческие навыки. Этой теме посвящена программа «Лидерство и вовлечение команды».
Руководитель часто не замечает, как его поведение и управленческие решения влияют на состояние и эффективность команды. Постоянная срочность, смена приоритетов, микроменеджмент, ожидание доступности сотрудника в любой момент, отсутствие обратной связи после проделанной работы становятся нормой и демотивируют команду, в том числе приводят к выгоранию. Поэтому руководителю стоит начинать профилактику выгорания команды с себя и своих действий.
Признаки выгорания сотрудников проще всего заметить, если сравнить человека с ним же самим полгода назад. Для неразговорчивого аналитика молчание на планерке — норма. Для менеджера, который был главным генератором идей, это сигнал. Эмоциональное выгорание сотрудников обычно видно по тому, как человек работает, как говорит о работе и как реагирует на новое.
| Что изменилось | Как это выглядит на работе | Что уточнить в разговоре |
|---|---|---|
| Снизилась инициатива | Не предлагает идей, берет только назначенные задачи, на встречах молчит | Какие задачи сейчас забирают больше всего сил? |
| Появилась дистанция | Сухие ответы, перестал ходить на обед с коллегами, «мне все равно» | Какая часть работы сейчас кажется бессмысленной? |
| Выросла раздражительность | Резко реагирует на правки, конфликтует из-за мелочей | В каких ситуациях напряжение особенно сильное? |
| Стало больше ошибок | Пропускает детали, забывает договоренности, жалуется «не высыпаюсь», «голова не варит» | Сколько задач идет параллельно? Есть ли паузы в течение дня? |
Почему сам человек замечает это последним? Исследователи Пенсильванского университета под руководством Ханса ван Донгена две недели ограничивали участникам сон до 6 часов. Внимание у них просело так же, как после двух бессонных ночей, но сами они почти не чувствовали разницы. Австралийские исследовательницы Энн Уильямсон и Анн-Мари Фейер выяснили, что после 17–19 часов без сна некоторые тесты люди проходят так же или хуже, чем с 0,5 промилле алкоголя в крови. Так что «я в норме» в таком состоянии мало что значит.
У каждого сигнала бывают и другие причины: семейные обстоятельства, здоровье, поиск новой работы. Поэтому таблица служит поводом для разговора, а выводов о здоровье из нее делать нельзя.
Цель оценки — найти условия, которые можно изменить. Список «выгоревших» составлять не нужно.
На выходе получается короткий список вроде «у трех человек нет ни часа в день без встреч». Индивидуальные ответы обсуждают конфиденциально.
Отпуск помогает ненадолго, если потом человек вернется к тем же задачам и срокам. Если причина в условиях работы, менять нужно условия.
Алгоритм ниже опирается на две проверенные практики. Первая — модель обратной связи «Ситуация — Поведение — Влияние», которую разработал американский Центр креативного лидерства (CCL): говорить о конкретных наблюдаемых фактах вместо оценок. Вторая — исследования Gallup о том, что защищает от выгорания. Сотрудники, чей руководитель всегда готов выслушать их рабочие проблемы, на 62% реже выгорают. Когда люди участвуют в решениях о своей работе, у них появляется ощущение контроля. А те, кто занимается тем, что у них получается лучше всего, на 57% реже испытывают выгорание.
Роли лучше разделить. Руководитель меняет рабочие условия, HR помогает организовать поддержку. Если сотрудник говорит о бессоннице, тревоге или проблемах со здоровьем, ему бережно предлагают обратиться к профильному специалисту.
В сложных разговорах руководителю также важно управлять своими реакциями и сохранять конструктивный тон. С этой темой связана программа «Психологическая устойчивость в коммуникации».
Марина, ведущий аналитик, третий месяц внедряет CRM и параллельно готовит годовой отчет. Руководитель замечает ошибки в цифрах и резкие ответы в рабочем чате.
Договоренности фиксируют в письме: тестирование CRM передают младшему аналитику, раздел отчета по согласованию с финансовым директором сдвигают на неделю, созвонов становится три в неделю вместо пяти, следующая встреча — через две недели. Разговор занял полчаса. Самым сложным в нем было начать с фактов, без упреков и без фразы «ты выгорела».
Частое возражение руководителя: «У меня нет людей, чтобы перераспределить задачи». Начните с одной задачи и одного сдвинутого срока. Даже небольшое изменение показывает сотруднику, что его услышали.
Профилактика выгорания сотрудников работает по принципу спортивного тренера: нагрузка чередуется с восстановлением. Советы «спите 8 часов» и «займитесь спортом» все слышали, и у каждого есть на них возражение. Вот шаги, которые помещаются в обычную неделю.
| Совет | Типичное возражение | Посильный первый шаг | Почему это работает |
|---|---|---|---|
| Высыпаться | «Нет времени спать по 8 часов» | Ложитесь на 15 минут раньше, через неделю — еще на 15 | Недосып копится незаметно, как показал эксперимент ван Донгена |
| Двигаться | «Я и так без сил» | 10–15 минут спокойной ходьбы после обеда или созвон «на ходу» | Ученые Университета Джорджии предложили людям с постоянной усталостью крутить велотренажер в легком темпе по 20 минут три раза в неделю. Через шесть недель усталость снизилась на 65%. А по данным Стэнфордского университета, во время ходьбы творческих идей в среднем на 60% больше |
| Делать перерывы | «У меня встречи встык» | Ставьте встречи на 25 или 50 минут вместо 30 и 60 | В эксперименте Microsoft участникам снимали ЭЭГ: без пауз стресс нарастал от встречи к встрече, а 10 минут перерыва останавливали это накопление |
| Отключаться | «Мне могут написать в любой момент» | Один час вечером без рабочего чата, срочное — только звонком | Немецкие исследователи из Федерального института охраны труда (BAuA) обобщили данные 38 тысяч сотрудников: кто лучше отключается от работы после нее, у того меньше истощение и лучше сон |
| Переключаться | «Какое хобби, я живу на работе» | 20 минут в неделю на то, что раньше радовало: гитару, рисование, новый рецепт | Смена занятия дает отдых голове, уставшей от однотипных задач |
Для системной работы с постановкой задач, распределением ответственности и приоритетами можно посмотреть программу «Основы управления».
Выгорание можно заметить на ранней стадии и начать с ним работать. Само оно не пройдет: пока условия остаются прежними, восстановление не наступит.
Первый шаг можно сделать на этой неделе: выберите одну рабочую ситуацию — встречи встык, сообщения по вечерам или частую смену приоритетов — и обсудите ее с командой.